Чаша со змеёй (часть 2)

Митридат VI

Митридат VI

Известно предание о понтийском царе Митридате VI  Эвпаторе  (120—63 гг. до н. э.), который из боязни, что его отравят, приучал себя к принятию яда в возрастающих дозах. Когда после поражения в войне с Римом он принял яд, желая покончить с собой, то яд не подействовал. Пришлось приказать рабу убить себя.

Противоядие, приготовленное Митридатом, состояло из 54 различных компонентов. Оно помогало и при укусе змей. Когда Помпей победил Митридата, он прежде всего стал искать рецепт этого противоядия, получившего позже название «митридатикум».
Средство попало и в руки императора Нерона, также боявшегося отравления ядом. Он поручил своему первому придворному врачу Андромаху исследовать состав лекарства. Андромах усовершенствовал рецепт «митридатикума», изъяв оттуда ряд старых и введя новые ингредиенты и доведя их общее число до 74. Он, в частности, увеличил количество опиума и добавил мясо гадюки. Последнее он ввел исходя из принципа «подобное лечится подобным». Андромах преподнес Нерону новый рецепт «митридатикума» под названием «териак».
«Митридатикум-териак» просуществовал в фармакопеях Европы вплоть до XIX в., хотя еще в период средневековья подвергался критике. Так, в работе «Искусство лечения болезней ожиданием» (1689 г.) английский автор Гидеон Гарвей писал: «Лев, медведь, тигр, волк, кошка, собака и сотня других диких зверей и добавок, собранные вместе, не могли бы произвести в воздухе такого шума, как все неукротимые элементы «митридатикума-териака» производили в желудке, если бы опиум, находящийся среди них, не успокаивал бы их бешенства и не сдерживал бы их ненормальность».
Использование змеиного яда в лечебных целях получило особенно большое распространение в эпоху средневековья, о чем свидетельствуют рукописные и печатные фармакопеи от начала книгопечатания в XV в. и до конца XVIII в. При дворе французского «короля- солнца» Людовика XIV «митридатикум» пользовался большим успехом. Также рекомендовался суп из змей, чтобы стать сильным, а полные люди, чтобы похудеть, принимали порошок из змей. Часто мясо змей давали курам и уткам, а затем готовили из них пищу: печень и жир змей ели в сыром виде с целью «очищения крови».
Крупнейший французский хирург XVI в. Амбруаз Парэ написал «Трактат о ядах», в котором высказал ценные теоретические соображения в этой области. На памятнике ему в его родном Лавале высечены слова: «Хирург с мрачным лицом насыщает ядом больного».
В настоящее время змеиный яд вновь получил применение в медицине в виде многих препаратов. В нашей стране в Средней Азии и других местах до сих пор существует древняя профессия собирателей змеиного яда.
Таким образом, вполне вероятно, что чаша в медицинской эмблеме в какой-то мере отражала увлечение ядами и противоядиями.
С развитием рабовладельческого строя чаша превращается из символа мудрости высших сил природы в символ почитания мудрости жрецов, фараонов и царей, действующих на земле как бы от имени и по поручению богов, передавших судьбы людей в их руки. Греческая чаша без ножки (фиала) использовалась в различных ритуалах. Именно с нею чаще всего изображена Гигиея и очень редко Асклепий. Она изготовлялась из дорогих материалов и украшалась изнутри лепестками лотоса, который являлся символом жизни.
Ф. Р. Бородулин — один из первых советских историков медицины, обратившийся к анализу содержания символа чаши, обвитой змеей, как медицинской эмблемы, пишет: «Мы склонны рассматривать эту эмблему как напоминание врачу о необходимости быть мудрым, а мудрость черпать из чаши познания природы». То есть в наше время чаша в медицинской эмблеме определена им как чаша человеческого разума, объемлющего весь мир.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *