Кубок из Айн?Самия долгое время ставил в тупик даже опытных археологов. Ученые не могли прийти к единому мнению: артефакт содержит отсылки и к библейским сюжетам, и к загадочным мифам Междуречья.
Свежее исследование, однако, внесло ясность: предмет оказался древнее первых земных цивилизаций. С момента выхода последней работы швейцарского археолога Эберхарда Цангера его критиковали со всех сторон.
Коллеги упрекали его в том, что он усложняет простое, изобретает новые сенсации и даже воскрешает легенду об Атлантиде. Причина споров — внимание Цангера к вещи, на первый взгляд совсем неприметной.
Когда ее нашли полвека назад, никто не догадывался о масштабности истории, скрытой за этой мелочью. В 1970 году группа израильских археологов вела раскопки возле палестинского селения Айн?Самия.
В Иудейских горах им попался большой некрополь — свыше сотни захоронений — датируемый переходным периодом раннего и среднего бронзового века (примерно 3500–2100 годы до н.э.). CC BY?SA 4.
В одной из могил лежал крошечный серебряный кубок высотой всего восемь сантиметров.
Сосуд украшала странная чеканка; находку тщательно зафиксировали и описали.
Изначально рисунок на стенках интерпретировали как «иллюстрацию библейского сюжета о сотворении» и отправили предмет в Израильский музей.
Именно там кубок привлек внимание Эберхарда Цангера, который несколько лет назад решил подробно изучить эту вещицу.
По его версии, полвека исследований привели к ошибочному пониманию. Кубок выделялся на фоне прочих находок прежде всего по своим характеристикам.
«Это единственный подлинный образец художественного мастерства из этого района; ничего похожего того раннего периода нам не встречалось», — подчеркнул швейцарский исследователь.
Остальной инвентарь погребения выглядел гораздо скромнее: около пятнадцати простых керамических сосудов, три масляные лампы, наконечники стрел и несколько грубо обработанных янтарных бус — не впечатляющее богатство.
Кубок же выказывал явное отличие: Цангер обратил внимание, что металл явно не местного происхождения — в окрестностях Иудейских гор серебряных рудников нет.
Получается, сосуд привезли издалека. Оставался вопрос — откуда именно?
Подсказку дала та самая чеканка: по бокам нанесены две отдельные сцены.
В первой изображены две фигуры — всадник, наполовину человек, наполовину бык, скачущий на фоне восходящего солнца и держащий в руке пальмовый лист, а также огромный змей. На второй сцены двое людей несут массивные полукруглые носилки, внутри которых размещено солнце, а у их ног лежит поверженное чудовище.